Четыре всадника ГМО-Апокалипсиса

Июнь 4, 2013 Комментарии к записи Четыре всадника ГМО-Апокалипсиса отключены

При мощной поддержке ВТО и правительств США и Великобритании основные международные биотехнологические компании объединили свои силы, используя генномодифицированные патенты на каждое вообразимое растение. К концу 1990-х годов Генная революция обрела силу муссона в мировом сельском хозяйстве.

К 2004 году над рынком генномодифицированных семян и связанной с ними агрохимией доминировали четыре глобальные частные компании.

Компанией «номер один» в мире в области ГМО была корпорация «Монсанто» из Сент-Луиса, штат Миссури — ведущий поставщик генномодифицированных семян и самый большой в мире производитель химического гербицида глифосат, который ею самой назывался группой гербицидов «Раундап». Начиная с 1990-х годов, «Монсанто» потратила приблизительно 8 миллиардов долларов США на скупку зерновых компаний, чтобы упрочить свое положение как одного из ведущих производителей гербицидов в мире.

Эта стратегия, определенная президентом «Монсанто» Робертом Б. Шапиро в интервью «Бизнес Уик» 12 апреля 1999 года, состояла в том, чтобы создать глобальный сплав «трех из крупнейших промышленных отраслей в мире — сельского хозяйства, производства продовольствия и здравоохранения, — которые сейчас работают как отдельные области деятельности. Но есть ряд изменений, которые приведут к их интеграции».

«Монсанто» была основана в 1901 году для производства индустриальных химикатов, таких как серная кислота. Она произвела и лицензировала большинство полихлорвиниловых бифенилов в мире, которые, как выяснилось позже, вызывали серьезное повреждение головного мозга, врожденные дефекты и рак. «Монсанто» была занята изготовлением высоко токсичного диоксина и смертельного яда, основанного на диоксине, использовавшегося во Вьетнамской войне, — «Агента Оранж». Как сообщил один медицинский эксперт:

«С 1962 по 1970 год американские вооруженные силы распылили во Вьетнаме 72 миллиона литров гербицидов, главным образом «Агента Оранж». Более миллиона вьетнамцев попали под это распыление вместе с более чем 100 тысячами американцев и солдат союзников».

Доктор Джеймс Клэри, ученый из подразделения химических вооружений на базе ВВС «Иглин», который спроектировал резервуар для разбрызгивания гербицида и написал в 1979 году отчет по операции «Наемник на ранчо» (название программы распыления), в 1988 году сказал сенатору Дайшли:

«Когда мы [военные ученые] начали гербицидную программу в 1960-х, мы знали о потенциальном уроне из-за загрязнений диоксином в гербициде. Мы даже знали, что в «военной» формуле была более высокая концентрация диоксина, чем в «гражданской» версии из-за меньшей стоимости и большей скорости изготовления. Однако, поскольку материал должен был применяться к «врагу», никто из нас не был чрезмерно обеспокоен. Мы никогда не рассматривали сценарий, в котором наш собственный персонал отравится гербицидом».

В начале 2007 года британские исследователи рассекретили внутренние британские меморандумы и свидетельства того, что «Монсанто» незаконно захоронила приблизительно 67 сортов химикатов, включая производные «Агента Оранж», диоксины и полихлорированные бифенилы, которые, возможно, производились только «Монсанто», в неположенном месте в Южном Уэльсе, которое не было предназначено для хранения химических отходов, загрязняя подземное водоснабжение и атмосферу и спустя 30 лет. «Гардиан» сообщила:

«Выяснилось, что химическая компания «Монсанто» заплатила подрядчикам, чтобы свалить тысячи тонн очень токсических отходов на британских мусорных свалках, зная, что их химикаты в состоянии загрязнить дикую природу и людей».

«Монсанто» вошла в мир ГМО с весьма небезупречной записью в корпоративной истории, несмотря на то, что демонстрировала беспокойство о здравоохранении.




Второй член глобального квартета ГМО, появившегося в конце 1990-х годов, была «Пайонер Хай-Бред Интернешенл» корпорации «Дюпон» из Джонстауна, штат Айова. «Пайонер Хай-Бред Интернешенл» заявила о себе как о «ведущем в мире разработчике и поставщике генетически улучшенных растений фермерам во всем мире» и развернулась в 70 странах.

«Пайонер Хай-Бред Интернешенл» — компания, основанная в 1930-х годах ставшим впоследствии соратником Рокфеллера в Зеленой революции Генри Уоллесом, была в 1999 году куплена делавэрским химическим гигантом «Дюпон». Со своими огромными авуарами зародышевой плазмы и патентами «Пайонер Хай-Бред Интернешенл», как полагали, был владельцем крупнейшего семенного банка в мире. Господство «Пайонер Хай-Бред Интернешенл» на рынке базировалось, прежде всего, на его кукурузных семенах.

«Пайонер Хай-Бред Интернешенл» заинтересовался генетикой растений с 1980-х. В октябре 1999 года корпорация «Дюпон» завершила его поглощение за 7,7 миллиардов долларов США, создав тем самым промышленный химико-зерновой комплекс, предназначенный стать первичным двигателем при переходе химической промышленности от нефти к промышленному сырью, обеспеченному генной инженерией.

Базирующийся в Индианаполисе, штат Индиана, «Доу АгроСайен-сис» — агрохимический и зерновой конгломерат, стоимостью 3,4 миллиарда долларов США и действующий в 66 странах, — был третьим гигантом ГМО. «Доу АгроСайенсис» был сформирован в 1997 году, когда «Доу Кемикал» купила долю производителя лекарств «Эли Лилли» у «Доу Эланко». Компания-учредитель «Доу Кемикал» в результате стала второй крупнейшей химической компанией в мире с годовыми доходами, в целом, свыше 24 миллиардов долларов и операциями в 168 странах мира.

Как и у ее союзников в ГМО-агробизнесе, «Монсанто» и «Дюпон», у «Доу» была весьма неприглядная история относительно экологии и проблем здравоохранения.

Фабрики «Доу» при ее штаб-квартире в Мидленде, штат Мичиган, загрязнили все окрестности до заоблачных уровней содержания диоксина. Тесты, проведенные Мичиганским Отделом экологического качества, обнаружили, что в 29 (из 34) образцах почвы, взятых в Мидленде, уровни диоксина были выше установленной государством нормы. В некоторых образцах концентрация диоксина почти в 100 раз превышала норму. Государство попросило жителей Мидленда

«не позволять детям играть в земле. Мыть руки и любые другие открытые участки тела после любого контакта с почвой. Не есть невымытые продукты из своего сада. Избегать любых других действий, которые могут привести к попаданию почвы в рот».

Диоксин — один самых из когда-либо изучавшихся ядовитых составов. Он опасен для жизни в микроскопических количествах и, по мнению экспертов, был связан с эндометриозом, ухудшением иммунной системы, диабетом, нейротоксичностью, врожденными дефектами, пониженной плодовитостью, атрофией яичек, репродуктивной дисфункцией и раком. Согласно одному из научных докладов, диоксин может затронуть уровень инсулина, щитовидную железу и стероидные гормоны, угрожая развитию новорожденных.

«Доу» был изобретателем позорного напалма, используемого против гражданских лиц во Вьетнаме. Этот желеобразный химикат, попадая на кожу людей, сжигал ее. Позорная фотография 1972 года голого ребенка, бегущего по улице во Вьетнаме и кричащего от боли, выхватила для мира его воздействие. Президент «Доу» в то время Герберт Д. Доан описывал напалм как

«хорошее оружие для того, чтобы спасти жизни, …стратегическое оружие, существенное для преследования тактики, которую мы применяем, без непомерной потери американских жизней».

«Доу АгроСайенсис» описала свою деятельность как «обеспечение инновационной защиты урожая и семян и биотехнологических решений, которые послужат росту населения в мире». В 2003 году в слушаниях по делу «Бейтс против «Доу АгроСайенсис»» двадцать девять фермеров в западном Техасе обращались в суд, утверждая, что гербицид «Стронгман», произведенный «Доу АгроСайенсис», нанес тяжелый урон их урожаю арахиса и не уничтожил сорняки, как обещала реклама. Фермеры предъявили иск «Доу» за ложную рекламу, нарушение гарантийных обязательств и мошенническую торговую практику по техасскому Закону о недобросовестной конкуренции. «Доу АгроСайенсис» выиграл установи-тельный иск против фермеров в федеральном окружном суде, добиваясь, между прочим, судебного решения, которое по федеральному Закону об инсектицидах, фунгицидах и родентицидах препятствовало бы подобным искам фермеров. Американское правительство примкнуло к «Доу», став советником в судебном процессе в том случае, который рассматривал Верховный суд.

Четвертым всадником батальона ГМО была «Сингента» из Базеля, Швейцария, — продукт слияния в 2000 году сельскохозяйственных подразделений «Новартис» и «АстраЗенека» стоимостью 6,8 миллиардов долларов США. Она объявила в 2005 году, что стала самой большой в мире агрохимической корпорацией и третьей из крупнейших зерновых компанией. Будучи номинально швейцарской, «Сингента» во многих отношениях контролировалась британскими кругами, ее председатель и многие директора пришли в менеджмент из британской «АстраЗенека». «Сингента», которая преднамеренно держалась в тени, чтобы избежать больших трений с американскими конкурентами, стала вторым крупнейшим производителем агрохимикатов в мире и третьим самым большим производителем семян.

«Сингента» попала под масштабное нежелательное внимание СМИ в 2004 году, когда немецкий фермер Готфрид Глокнер из Северного Гессе-на нашел доказательства того, что его посадки на корма рогатому скоту генетически спроектированных семян кукурузы Bt-176 компании «Сингента», начиная с 1997 года, были ответственны за падеж поголовья, уничтожив производство молока и отравив сельхозугодья. Семена кукурузы Bt-176 компании «Сингента» были спроектированы, чтобы выделять токсин Bacillus thuringiensis, который, как они рекламировали, убивал определенного вредителя — кукурузного мотылька.

Глокнер был первым фермером в Германии, допущенным к использованию Bt-гибрида кукурузы от «Сингенты» для кормов. Он хранил детализированные записи своих опытов, первоначально полагая, что находится на острие революции в сельском хозяйстве. В результате, его протоколы оказались одними из самых продолжительных в мире тестов воздействия Bt-гибрида кукурузы от «Сингенты», длиною почти в пять лет. Результаты были неутешительны для сторонников ГМО.

Как бы то ни было, испытание эффективности ГМО не входило в намерения Глокнера. Он хотел выгодных эффектов от питания своего рогатого скота ГМО-зерновыми и стремился избежать потерь урожая от кукурузного мотылька, который обычно сокращал урожай на 20%. В первом, 1997, году Глокнер был осторожен. Он выращивал только маленькое испытательное поле Bt-гибрида кукурузы от «Сингенты». Результаты были внушительны: кукуруза одинаковой высоты, зеленые стрелы «стояли высокие, как солдаты, — вспоминал он. — Как практик я был очарован зрелищем высоких побегов и, очевидно, здоровых растений, без малейших признаков каких-либо повреждений от кукурузного мотылька». На второй, 1998, год он увеличил посадки ГМО-кукурузы до 5 гектаров, работая в тесном сотрудничестве с немецким представителем компании Хансом-Тео Йахманом. К 2000 году Глокнер расширил ГМО-эксперимент на все свои поля площадью приблизительно 10 гектаров. С каждым последующим урожаем он постепенно увеличивал количество Bt-176 кукурузы в составе кормов поголовья, тщательно записывая урожаи молока и возможные побочные эффекты. В первые три года никаких побочных эффектов от повышения ГМО в рационе кормов отмечено не было.

Однако, когда убежденный в том, что он получит еще более высокие надои, он увеличил дозировку в кормах чистого зерна ГМО со своих зеленых полей от «Сингенты», по его свидетельству, начался кошмар.

Глокнер, фермер с университетским образованием, рассказал австрийскому журналисту, что он был потрясен, когда обнаружил своих коров в липко-белых экскрементах и испытывающих сильную диарею. Их молоко содержало кровь, что-то неслыханное при лактации. Некоторые коровы внезапно прекратили давать молоко. Затем между маем и августом 2001 года один за другим умерли пять телят — чрезвычайно тревожный случай.

Глокнер, в конечном итоге, потерял почти все свое стадо в 70 коров. «Сингента» отказалась от любой ответственности за события, настаивая, что, согласно их тестам, коровы нейтрализуют токсин Bacillus thuringiensis в Bt-176 кукурузе. Несмотря на уклонение «Сингенты» от любой ответственности, Глокнер не сдался и получил независимую научную экспертизу своей земли, своей кукурузы и своих коров. Одна лаборатория возвратила результат, который подтвердил мнение Глокнера, что Bt-176 кукуруза от «Сингенты» была причиной. Экспертиза показала, что в его Bt-176 кукурузе с 2000 года содержалось 8,3 микрограммов токсина на килограмм. В июне 2004 года профессор уважаемого Института геоботаники при Швейцарском федеральном институте технологий в Цюрихе Ангелика Хирбек обнаружила, что в предоставленных Глокнером образцах Bt-токсины были «найдены в активной форме и чрезвычайно устойчивыми», весьма тревожный результат, несмотря на возражения «Сингенты». Эта независимая экспертиза для Глокнера оказалась в полном противоречии с утверждениями «Сингенты», что ее исследовательский центр в Северной Каролине «не обнаружил Bt-токсинов в представленном образце».

В 2005 году та же самая «Сингента» сделала смелый шаг, чтобы вложить капиталы в основную долю патентов ГМО «Терминатор». «Сингента» обратилась за патентами, которые могли позволить компании эффективно монополизировать ключевые генные ряды, которые жизненно важны для воспроизводства риса, так же как множества других видов растений. Энтузиазм «Сингенты» по поводу генома риса проистекал из основных генетических черт риса (то есть, ДНК или протеиновой последовательности), общих с другими видами в пределах от кукурузы и пшеницы до бананов; эти генетические общие черты были названы «соответствиями». В то время как «Сингента» одной рукой жертвовала рисовую зародышевую плазму и информацию общественным исследователям, она вместе с другими пыталась монополизировать запасы риса.

Сомнительная вовлеченность «Сингенты» в историю с рисом и патентами включает ее причастность к ГМО Золотой рис и членство Фонда «Сингента» в Консультативной группе по международным сельскохозяйственным исследованиям (КГМИСХ).




Related Posts

Comments are closed.