Диктатура США и МВФ в Ираке

Июнь 3, 2013 Комментарии к записи Диктатура США и МВФ в Ираке отключены

21 ноября 2004 года ведущие представители Парижского клуба стран-кредиторов выпустили декларацию о том, как они собираются поступить приблизительно с 39 миллиардами долларов США (это часть от общей суммы иностранных заимствований около 120 миллиардов долларов, сделанных Ираком при правлении Саддама Хусейна), которые иракское правительство задолжало промышленным странам. Несмотря на свержение режима Саддама Хусейна, Вашингтон изначально не собирался списывать и объявлять старые долги незаконными.

Правительства Парижского клуба согласились на новые сроки по ограниченным государственным заимствованиям в 39 миллиардов только после сильного давления со стороны специального представителя американо-иракской комиссии по урегулированию долговых отношений Джеймса Бейкера III. Бейкер не был новичком в подобных переговорах. Это он подстроил избрание Джорджа Буша-младшего в 2001 году с помощью апелляции к Верховному суду; он также был и ближайшим советником семьи Бушей. В последующей хитроумной политической игре со своими союзниками по Организации экономического сотрудничества и развития американское правительство вполне готово было настаивать на как можно больших списаниях старых иракских долгов перед Парижским клубом кредиторов по простой причине: большая часть этих долговых обязательств были перед Россией, Францией, Японией, Германией и другими странами. Соединенные Штаты держали меньшую часть общего долга — 2,2 миллиарда долларов США.

Члены Парижского клуба издали официальное заявление:

«Представители стран-кредиторов, ввиду исключительной ситуации в Республике Ирак и ее ограниченных возможностей в возвращении заимствованных средств в ближайшие годы, согласились пересмотреть долговые обязательства в сторону увеличения сроков их погашения. К тому же, они рекомендовали своим правительствам принять следующие исключительные меры помощи:

— немедленное аннулирование части ранее накопленных обязательств по выплате долговых процентов, составлявших 30% долга на 1 января 2005 года. Оставшиеся долговые обязательства отложить до момента утверждения стандартной программы Международного валютного фонда. Такое аннулирование приведет к списанию 11,6 миллиардов долларов США из общей задолженности перед Парижским клубом в 38,9 миллиардов долларов США;

— как только будет принята стандартная программа МВФ, величина долговых обязательств будет уменьшена еще на 30%. Выплаты по остающимся долговым обязательствам будут растянуты на 23 года, включая период отсрочки платежей в 6 лет. Данный шаг уменьшит долг еще на 11,6 миллиардов долларов США, доводя величину списаний до 60%;

— Парижский клуб кредиторов согласился предоставить дополнительный транш долговых списаний в 20% от начальных обязательств на момент завершения последней проверки Советом МВФ трехлетнего этапа проведения стандартных программ МВФ». [293]




Освобождение Ирака от долговых обязательств (причем, главный оккупант, Соединенные Штаты, великодушно списали долг Саддама) для конкурентов Вашингтона, возражавших против войны в Ираке — России, Франции, Китаю, — было связано с оговоркой, что Ирак должен строго соблюдать «стандартную программу» МВФ. Такую же стандартную программу уже применяли в Индонезии, Польше, Хорватии, Сербии, Аргентине и постсоветской России. Она передавала независимую экономику Ирака под руководство технократов из МВФ, фактически контролируемых Министерством финансов США и вашингтонской администрацией.

Добавляя оскорбление к обиде, старые иракские долги хуссейновской эры были тем, что международные организации называют «постылыми долгами» — долги, созданные без согласия населения и не в интересах населения, иначе говоря, — незаконные; таковыми, к примеру, были долги перед несуществующим Советским Союзом. Все это не волновало Вашингтон, Лондон и других членов Парижского клуба. Долг — удобное оружие для управления «новым» Ираком и навязывания ему перехода к «открытому рынку». Ядром таких вынужденных изменений станут ГМО-семена и индустриализация сельского хозяйства.

Приватизация государственных предприятий была первоочередной задачей согласованной с Вашингтоном программы МВФ. Частное предпринимательство на свободном рынке также лежало в основе 100 Приказов Временной коалиционной администрации от апреля 2004 года. Вряд ли это было совпадением. МВФ было бы точнее именовать «полицейским глобализации». Со времен долгового кризиса 1980-х годов МВФ вводил режимы жесткой экономии и строгие планы выплаты долгов в развивающихся экономиках стран-должников. Планы выплат, устанавливаемые МВФ, фактически вынуждали страны отдавать свои лучшие экономические активы иностранным капиталам, чтобы покрыть долг, который лишь разрастался.

Обычно за такими мероприятиями МВФ стояли огромные корпоративные банковские и частные капиталы. Они методично навязывали приватизацию государственных предприятий, уничтожение социальных дотаций на продовольствие, медицину, энергетику, а также сокращение расходов на общедоступное образование. Таким образом, МВФ и бреме-ровскими законами делалось все возможное, чтобы транснациональные корпорации заняли господствующее положение в послевоенном Ираке: сокращение государственного участия, снятие ограничений на переток рабочей силы, открытие границ, минимальные налоги, отсутствие контроля на отток капитала из Ирака, отсутствие тарифов, отсутствие ограничений прав собственности.

Жители Ирака потеряют сотни тысяч рабочих мест, а иностранные продукты вытеснят с рынка товары иракского производства, из которых еда будет одним из важнейших продуктов. Местные предприятия и фермерские хозяйства не смогут соперничать с иностранными конкурентами в навязанных условиях.

Типичная жертва условий МВФ неминуемо вынуждена преобразовывать свою национальную экономику, переориентировать ее на экспорт, чтобы зарабатывать доллары для покрытия своих долгов. Приманкой в этой игре всегда было обещание «аварийного» или «спасательного» займа МВФ. Условием же шантажа, скрытым за приманкой, была угроза, что при отказе от условий МВФ страна-должник будет навсегда включена в черный список стран, которым не выдаются иностранные кредиты.

Для Ирака не делалось исключений. Проведенные под патронажем США выборы в Ираке предназначались для формирования узаконенного порядка привязки иракского правительства к жесткому управлению МВФ. В сущности, это должно было позиционировать МВФ как «нейтральную» организацию, отвечающую за строгое соблюдение Ираком 100 бремеровских Приказов. МВФ должен был заставить Ирак присоединиться к общему вашингтонскому видению «свободного рынка». МВФ планировал достичь особых соглашений с новым правительством Ирака сразу после выборов в Ираке 30 января 2005 года. Поскольку возможность освобождения от выплат по огромному внешнему долгу Ирака зависела от одобрения Фонда, МВФ имел существенный экономический рычаг воздействия в переговорах с иракскими лидерами.

Резолюция Совета Безопасности ООН номер 1483 давала Бремеру полномочия на управление оккупированным Ираком, но в рамках, установленных международными законами. Однако бремеровские 100 Приказов и «шоковая терапия» в экономике проводились в нарушение любых международных законов.

Протесты против иракской приватизации и яростные нападки на распространение американских компаний сделали необходимым сокрытие этого неудобного факта. По этой причине Бремер отбыл обратно в Вашингтон, чтобы обсудить с президентом новый план захвата экономики Ирака. Результатом явился временный режим Айяда Алави и назначение новых иракских выборов на январь 2005 года. Выбранный Вашингтоном Алави, годами работавший на ЦРУ, должен был «законно» провести незаконные бремеровские указы.

В соответствии с Приказом номер 39, ставшим известным в Ираке как «бремеровские законы», иракская промышленность и рынки должны были быть открыты для иностранных инвестиций с несколькими ограничениями. Данные законы были сформулированы таким образом, чтобы сильно затруднить текущему временному или любому последующему иракскому правительству возможность отмены или пересмотра проводимой ими политики.

В самом деле, Бремер скрепил 100 Приказов статьей 26 Временной конституции Ирака, которая гарантировала, что, как только верховная власть перейдет ко временному правительству, оно будет бессильно изменить бремеровские законы. Вдобавок ко всему, во всех иракских министерствах Бремером были рассажены по креслам сторонники США, которые были уполномочены отвергать любые подобные решения последующих иракских правительств.

Присутствие 132 тысяч американских солдат, накрепко засевших в 14 новых американских военных базах, созданных на территории Ирака после 2003 года, было тому гарантией. К концу 2004 года до большинства иракцев стало доходить, что подразумевал Вашингтон, когда говорил о «засевании семян демократии» в их стране. Эти семена не имели ничего общего с возможностью выбирать свою собственную независимую судьбу рядовыми гражданами Ирака.

После передачи официальной власти в июне 2004 года от бремеров-ской Временной коалиционной администрации Временному иракскому режиму, возглавляемому прихвостнем ЦРУ Алави, последний согласился принять помощь в освобождении от долгов в обмен на «открытость» проводимым МВФ реформам. Таким образом, в меморандуме, присоединенном к «декларации о намерениях» и направленном управляющим Центральным банком Шабаби и министром финансов Аль-Махди в МВФ в сентябре того же года, эти господа выражали свое правительственное рвение «плотно сотрудничать» с Фондом.

«Новое финансовое законодательство прокладывает дорогу к созданию современного финансового сектора», — хвастливо излагалось в письме, подкрепляясь утверждением, что «уже три иностранных банка получили лицензии и могут начинать операции», а также, что «ряд иностранных банков проявили интерес к приобретению небольших долей в частных иракских банках». Одним из них был крупнейший в мире лондонский «ЭйчЭсБиСи».

Принудительный переход пищевой промышленности Ирака на патентованные ГМО-зерновые — один из очевидных примеров методов, с помощью которых «Монсанто» и другие ГМО-гиганты навязывают ГМО-зерновые безвольному и невежественному мировому населению.




Related Posts

Comments are closed.